<...это предыдущая передача... можно перекрутить сразу на 00:03:18>
<...ждем...>
<...вот она и кончилась...>
А сейчас будет радио постановка
2 тома "Горменгаста" Мервина Пика
<титры и синопсис>
<начало>
Для пианиста - клавиатура
Для писателя - словарь
Для чертежника - карандаш
Рисовать значит делать пометки
Пометки - то же что ощущение открытия
Человека стоящего на пустой сцене
и выкрикивающего свой призрачный манифест
Но сначала, представим где это происходит
Набросок этого места:
Поднимающийся над дикой лесной чащей
над призрачной пустошью
замок Горменгаст.
Так далеко, как глаз может разглядеть
вздымаются и опадают склоны крыш.
Башни и разбитые балюстрады
прорезают горизонт как серые, разрушенные временем зубы
массив развалин, он размышляет о чем-то во мгле
Горменгаст
Памятник ритуалам забытых веков
Горменгаст
Мемориал трудов ушедших дней
"Горменгаст" - часть 2 пьесы, основанной на романе Мервина Пика
автор сценария Брайн Сибли
Стинг в роли Стирпайка
<и т.д. роли исполняют...>
"Горменгаст"
Вот бумажная сцена и установлена.
Установлена для всех, кто станет брать, вышагивать,
калечиться, обладать, течь, и пересекаться.
Первый на сцене:
маленькая серая лошадка скачет по каменному коридору
На нее спине - Титус.
Титус: "Быстрее! Быстрее! Быстрее!!!"
Титус - семьдесят седьмой Граф Горменгаст.
Титусу семь. Вскормлен тенями. Возрос в тенетах ритуала.
Титус, наследный владетель осыпающейся вершины,
океанов крапивы, империи красной ржавчины.
Он узнал алфавит аллей и арок.
Где бродят потревоженные призраки, и зыбь еще расходится смутными кольцами
на покрытой гусиной кожей воде.
Кто это призраки?
Его отец, Сепулькгрейв,
разорванный совами.
Саурдаст, Распорядитель Ритуала,
сгоревший в библиотеке.
Свелтер, шеф-повар Горменгаста,
Заколотый, словно свинья, Флэем.
главным слугой дома Гроунов.
ныне изгнанным на дикие земли вне стен Замка
И нежная Кида, молочная мать Титуса.
Любимая и лишенная любви, которая родила дитя,
бросившаяся в бездонный колодец сумеречного воздуха.
Таковы призраки Горменгаста,
Погибшие Персонажи.
И вдруг.... за башенкой...
какое-то существо, переполненного жизнью
На короткое мгновение оно замерло там и затем..... "Исчезла!"
Во тьму....
В (доме) Гроунов собрались Живые Горменгаста.
Баркентин: "Мы отмечаем исчезновение их светлостей Коры и Клариссы Гроун"
Баркентин: "сестер Сепулькгрейва, 76 Графа Гроуна"
Баркетин, Распорядитель Ритуала.
сын Саурдаста, одноногий, ковыляющий опираясь на костыль,
одетый в пыльное тряпье.
Баркентин: "Гроуны, отдайте дань тем кого мы потеряли"
Баркентин: "отдыхающим в месте, где они остаются"
Баркентин "и где, возможно, до сих пор обитает их дух"
Баркентин: "Нужна тишина"
Гертруда: "Что-то переменилось"
Гертруда, Графиня Гроун, мать Титуса.
Гертруда: "Все не так, как должно быть"
Птицы гнездились в ее красных волосах.
Фуксия: "Ненавижу Кларис и Кору"
Фуксия: "Мне их не жаль"
Фуксия, сестра Титуса,
мрачная и непредсказуемая.
Фуксия: "Ну и хорошо, что они умерли"
Няня: "Ох, бедное мое сердце"
Няня: "Что, если все умрут"
Слэгг, няня Титуса и Фуксии,
маленькая и высохшая, как осенний листок.
Няня: "Я буду следующей, я знаю"
Доктор: "Еще одна нераскрытая страница в истории, самая загадочная."
Альфред Прюнксваллор, врач Горменгаста, у него аффектированные жесты.
Доктор: "Да, да, действительно. Воистину таинственно"
Доктор: "Где их тела, хотел бы я знать. Записка есть, а тел нет."
Доктор: "Почему?"
Ирма: "Почему Альфред все время посматривает на Стирпайка"
Мисс Ирма Прюнскваллор, беспредельно выдающаяся сестра Доктора.
Ирма: "Я сказала, почему Альфред все время посматривает на Стирпайка"
Стирпайк: "Почему это Прюнскваллор так странно посматривает"
Стирпайк, высокоплечий почти до уродства,
Стирпайк: "Он ничего не знает"
Его близкопосаженные глаза цвета засохшей крови.
Стирайк: "Он не сможет. Я был очень очень осторожным"
Доктор: "Стирпайк, это он нашел их записки"
Доктор: "Стирпайк бывший поваренок очень быстро сделал карьеру в Горменгасте"
Доктор: "Почему он так меня озадачивает..."
Гертруда: "Это юнец, этот Стирпайк"
Гертруда: "Как он стал так вездесущ"
<колокольчик>
Баркентин: "После звона колокольчика всем можно выйти"
Свидетели ритуала удалились.
Графиня шла неторопливо, как монумент.
Графиня: "Прунскволлор, слушайте внимательно."
Прюнсквалор пританцевал к ней, размахивая руками и закатывая глаза.
Доктор: "Мадам?"
Графиня: "Прюнксваллор, у меня тяжело на сердце"
Доктор: "На сердце, светлость?"
Графиня: "В замке неладно"
Графиня: "Не знаю, где именно. Но неладно."
Они пошли дальше.
Только Фуксия все еще осталась стоять.
Черные волосы девушки опадали неподвижно вокруг ее лица и горла -
отливавших теплым загаром
Стирпайк: "Добрый день, мадам"
Стирпайк. Он был человек аккуратный, искусный, скользкий, как клинок в его трости,
острый, как лезвие этого клинка, гладкий, как его сталь.
Стирпайк: "Позвольте вручить вам мою визитную карточку."
/хихикает/
Фуксия(читает): "Его Дьявольское Пронырство, Архиудачливый Стирпайк"
Стирпайк: "к вашим услугам, мадам"
Фуксия: "Что ты заладил "мадам" да "мадам"!"
Фуксия: "Тебе же известно мое имя"
Стирпайк: "Запомню навсегда, что вас надлежит называть исключительно по имени"
Стирпайк: "избирая при этом исключительно почтительный тон, леди Фуксия"
Он оставил ей бутон розы,
Одним глазом приглядывая за удаляющими фигурами Прунскваллора
и Графини.
Доктор:"Чего именно вы боитесь?"
Графиня "Враг. Человек или призрак - не знаю. Но враг."
Доктор: "Это не призрак, призракам не присуще стремление к бунту"
Графиня: "К бунту!"
Графиня: "Да, но кто здесь осмелится бунтовать? А сами вы кого-нибудь подозреваете?"
Доктор "У меня нет доказательств"
Доктор "Но я поищу их.В замок вселилось зло, ошибки быть не может"
Графиня: "Хуже, хуже, чем зло. Измена."
Графиня: "И я сокрушу врага, истреблю - не только ради Титуса и его покойного отца,
Графиня: "но больше того - ради Горменгаста"
На безвестной окраине замка, на промозглом каменном мысу,
Комната, запертая, спрятанная ото всех.
И в ней...
Близняшка 1: "Когда мы будем править, мы должны носить"
"корону через день"
Близняшка 2: "Ты глупая, мы должны разделить корону пополам!"
Близнецы, Кора и Кларис.
Сестры Сепулькгравия.
Их Светлости не умерли.
Клариса: "Как долго тянется жизнь!"
Клариса: "Иногда мне кажется, что с ней и связываться-то не стоило."
Кора: "Насчет связываться я ничего не знаю"
Стирпайк: "Ну-с, как тут мои неразлучницы"
Кора: "Ты уже давно здесь не появлялся"
Стирпайк: "Это верно"
Кора : "Ты нас забыл?"
Стирпайк: "Ничуть"
Кларис: "Так где же ты был?"
Кора: "Да, где же ты был?"
Стирпайк "Сидеть!"
Он вперил в сестер взгляд и смотрел, пока они не понурились.
Стирпайк: "И слушать меня!"
Стирпайк: "Сколько раз я должен говорить вам"
Стирпайк: "Все в замке больны чумой!"
Стирпайк: "Улицы и площади усеяны телами умерших и умирающих!"
Сестры: "Какой ужас!"
Стирпайк: "Вы единственные во всем Горменгасте не заразились этой болезнью"
Стирпайк: "И почему? Потому что я, Стирпайк, не подпустил ее к вашей двери!"
Стирпайк: "Вы думаете, это так легко?"
Сестры медленно, точно маятники, покачали головами.
Стирпайк "Как смеете вы меня допрашивать? Как вы смеете?!"
Стирпайк "Я не буду возвращаться, пока вы не извинитесь за все!"
"Кора..." "Да, Кларис?"
Кларис: "Кора, думаю, мне очень хочется кое-что сделать"
Кора: "Что ты хочешь сделать?"
Кларис: "Мне очень хочется убить Стирпайка"
Кора : "И мне тоже"
Сменяются времена года, проходят дни...
Новая сцена перед нами.
Воздух Профессорской меркнул от смеси запахов:
дыма, пересохшего мела, гниющего дерева, чернил,
спиртного и плохо выделанной кожи.
Профессора вошли в комнату.
"Джентельмены!"
Беллроув, начальник школы Горменгаста.
Большеголовый, с львиной гривой снежно-белых волос,
которая придавала б ему сходство с пророком,
если б не маленькие серо-зеленые глаза
и его кариозные неровные зубы.
Беллгроув: "Тихо!"
Беллгроув: ""Указ Баркентина"
"Черт бы побрал Баркентина с его указами! "
"Черт бы его побрал, говорю я!"
Перч-Призм: "Ваш ход, милейший! Ваш ход! Да изложите же нам суть дела, ага!"
"Эдикт 1597577361544329621707193 Беллгроуву..."
"Школоначальнику, а также господам, состоящим в штате Профессоров"
"В нынешний ___ день __-го месяца восьмого года Семьдесят седьмого Графа"
"касательно: Титуса, Властителя Горменгаста - извещение и предупреждение дается всем относительно отношения их"
"обхождения и манеры поведения, равно как и обращения с вышеупомянутым Графом"
"каковой стоит ныне на пороге разумного возраста...."
В одной из классных комнат
сидит мальчик Титус
ждет своего Профессора
Невольная жертва, запертая словно в тюрьму.
Время едва ползет,
медленно тикают часы.
Лениво зудит муха.
Тик-так-тик-так.....
Титус: "Шестьдесят секунд в минуте"
Титус: "Шестьдесят минут в часе"
Титус: "Шестьдесять раз по шестьдесят..."
Умножаем шесть на шесть, а сколько нужно нулей добавить?
Титус: "По-моему, два. Шесть на шесть будет тридцать шесть. "
Титус: "Тридцать шесть с двумя нулями - получается 3600. "
Три тысячи шестьсот секунд в каждом часе.
Четверть часа до конца этого урока,
который еще не начинался.
Беллгроув(читает Указ): "...традиции и служения - и превыше всего, смысл обязанностей, "
"неотделимых от всякой отрасли жизни Замка. "
Юный Титус лениво и абстрактно задумался об идее цвета:
о том, что всякая вещь окрашена,
всякая обладает собственным цветом.
Чернила были синими, темными, заплесневелыми,
глубокими, как беспощадные воды ночи.
"Учебники" - прямоугольники, окрашенными в бледную, выцветшую голубизну
или в зелень лавра.
"Парта" - была сепиевой, с золотисто-коричневыми и
даже желтыми вкраплениями там, где поверхность ее растрескалась или была прорезана.
"Шарик" - стеклянный шарик вблизи чернильницы
его спиральные, радужных цветов завитки,
, сплетающиеся с чистой, холодной белизной стекла.
Титус: "красная, желтая, зеленая, фиалковая, синяя"
Белый, хрустальный мир, столь совершенный,
облекал их со всех сторон.
Титус: "Голубой, фиолетовый, зеленый, желтый, красный."
закружили один вкруг другого, уходя и возникая, как витки бесконечной спирали.
Беллгроув(читает Указ):"...обходятся они во всякой частности и во всяком случае так же, "
"как со всяким иным вверенным их попечению отроком,"
"без благоволения и потачки. "
"Подписано от имени и по поручению Баркентина, Распорядителя Ритуала"
"Хранителя Обрядов и наследственного попечителя рукописей"
"Стирпайком (Личным Секретарем)."
Несколько мгновений спустя
сухой посвист дюжины веющих, обметающих стены коридора мантий
предзнаменовал появление Профессоров Горменгаста в их классах.
Доктор: "Очень хорошо, Ирма, моя дорогая"
Прюнскваллор, снял волосок со своего рукава и сверкнул зубами.
Доктор: "Очень хорошо, как хочешь!"
Ирма: "Альфред! ты серьезно? "
Она раздраженно поправила черные очки на длинном заостренном носе.
Ирма: "Я говорю, ты серьезно, Альфред?"
Доктор: "Как хочешь, дорогая моя пертурбация. Если ты хочешь устроить прием,"
Доктор: "значит, нам придется вынести этот прием"
Ирма: "Так ты решил, Альфред?"
Доктор: "Это ты у нас решаешь. Я бы никогда не присоветовал такую вещь, как прием"
Доктор: "Ты женщина не из тех, что годны устраивать приемы. И даже не из тех, кто ходит на приемы"
Доктор: "Нет в тебе той ветрености, которая требуется, чтобы провести прием без сучка без задоринки"
Доктор: "Но ведь все равно тебя с пути не свернешь."
Ирма: "А тебе не кажется, что нам следует назвать его суарэ?"
Доктор: "Насколько мне известно, законом сие не возбраняется"
Доктор: "И на когда, моя дорогая, это суэре назначено?"
Ирма: "Мое вечернее платье с тысячью рюшей и корсажем,
Ирма: " покрытым расписанными от руки попугаями, будет готово через десять дней"
Доктор: "Попугаями?!"
Ирма: "Почему бы и нет? "
Доктор: "Но, Ирма, как насчет гостей?"
Доктор: "Что, если дамы, моя дорогая, окажутся наряженными столь же роскошно, как ты? "
Ирма: "Ах, это не имеет смысла."
Доктор: "Нет смысла?"
Ирма: "Все гости будут мужчинами, Альфред. Я подумываю о замужестве."
Доктор: "Ирма! Не может быть!"
Ирма: "Еще как может"
Доктор: "Ирма, откровение мое, скажи мне только одно"
Доктор: "кто эти мужчины - эти самцы - эти бараны - эти коты"
Доктор: "- петухи, горностаи и гусаки, которых ты имеешь в виду?"
Ирма: "Профессора!"
Доктор: "Тогда вернемся к твоему платью, Ирма"
Доктор: "Не думаешь ли ты, что разумно было бы выбрать существ, способных обратить помыслы Профессуры
Доктор: "к твоей женственности,желанности,- существ, не столь агрессивных, как попугаи... "
Ирма: "Альфред, мне почему-то кажется, что когда дело касается попугаев, ты можешь оставить его мне."
Доктор: "Ирма, конечно.... конечно...."
Утро. Темное, мглистое.
Замок еще спит.
Фуксия: "Кто там?"
Титус: "Это я, Фуксия, Титус"
Фуксия: "Чего тебе?"
Титус: "Ничего. Я хочу прокатиться верхом."
Фуксия: "Погода дрянь"
Титус: "До свидания"
Он на цыпочках прокрался пустынными залами к южным дверям
и, перебежав обнесенный стеною двор,
очутился в конюшнях Замка.
Каменный коридор...
Баркентин, Распорядитель Ритуала,
спускается по лестнице, у него иссохшая нога и костыль.
Баркетин, выделано ль из возраста лицо его, бородатого ископаемого,
что тлело и распадалось поверх его плеч,
Стирпайк: "Доброго вам утречка, сударь"
Стирпайк торопливо выходил из теней,с отблескивающим бледным лицом
и темно-красными глазами, смутительно живыми.
Баркентин: "К чертям твое "доброе утречко", прут ты окоренный"
Баркентин: "Сияет тут, что твоя сухопутная минога!"
Баркентин: "Что ты такое с собой учиняешь, а? Каждое клятое утро, а? "
Баркентин: "Выскакиваешь из благопристойной темноты, будто тебя за ботву выдирают. "
Стирпайк: "Полагаю, сударь, тут не обходится без обыкновения умываться, коим я, по-видимому, обзавелся."
Баркентин: "Умываться, жук ты щелкун! Кем ты себя воображаешь, господин Стирпайк? Кувшинкой?"
Стирпайк: "Я бы так не сказал, сударь"
Баркентин: "Я тоже. Кожа, кости да волосы, вот и все. Вот что ты есть, паршивец, и ничего больше"
Баркентин: "Потускнел бы хоть малость. Нечего тут сиять - и чтоб больше не изображал мне каждое утро дурацкой вощанки."
Стирпайк: "Вот тут вы совершенно правы, сударь, я слишком бросаюсь в глаза"
Баркентин: "Когда ты нужен, тебя и видом не видать, а? Ведьмячье отродье, умеешь испаряться, если тебе это выгодно, а? "
Баркентин: "Я тебя насквозь вижу, смазливая тварь! Насквозь!"
Стирпайк: "Даже когда я невидим, сударь? "
Баркентин: "Клянусь мочой Сатаны, мопсик, твоя развязность опасна! "
Пока Стирпайк спускался по лестнице следом за калекой
ему казалось, миг, когда можно будет разделаться с Распорядителем Ритуала, был уже не за горами.
Проскакав под одной из арок,
Титус направлил серую лошадь в сторону Леса Горменгаст.
Горечь листьев стояла во рту
Едкий, бродильный запах лесной, на миг обжег ему ноздри.
Титус вообразил что он.... "Свободен!"
Титус "Кто в школе мог бы такое вообразить!"
Титус "Выслушивать их приказы: иди учись, присутствуй при том, присутствуй при этом!"
Титус "Я 77-й граф Горменгаст!"
Титус "Но я хочу быть Титусом Гроаном, который сам себе голова!"
Титус "Могу я побыть свободным!"
Титус "Свободен!.. Свободен........."
"Ирма и Альфред Прюнскваллоры, надеются иметь удовольствие"
"пригласить на частную вечеринку в 7 часов"
Во дворе
кипит адская деятельность.
В центре - Стирпайк.
Стирпайк: "Вас разобьют на 6 групп"
Стирпайк: "Вы должны прочесать замок"
Стирпайк: "Пока не отыщете Графа"
Стирпайк: "Лорда Титуса необходимо найти. Это понятно?"
Стирпайк: "Так идите!"
Титус под высокими ветвями
Лесное ложе под ногами - подобно морю золотистого мха.
На этом уходящем вверх просторе вставали призрачные скопления древних дубов,
Подобные крапчатым богам.
Вдруг он видит...
мельком, на кратчайшую долю секунды - живое существо.
Летевшее по воздуху, как пушинка,
тонкие руки вытянуты вдоль грациозного тела,
чуть отвернув и склонив голову,
сама суть отчужденности: врожденная неприручаемость,
дистиллированная, тающая красота.
И затем существо пропало.
Титус: "Мне это снится?"
Титус был испуган, взволнован.
Флей: "Мой господин!"
Из тени появилась костлявая фигура, высокая и худая
Голова его склонилась
Флэй: "Вы Лорд Титус?".
Титус: "Да. А кто вы?"
Флей: "Флэй"
Титус: "Флэй? Я слышал о вас."
Флэй: "Вполне возможно, мой господин"
Титус: "Мне сказали, что ты умер, господин Флэй"
Флэй: "Не сомневаюсь. Один?"
Титус: "Да. Я сбежал."
Флэй: "Сбежал?"
Титус: "Я убежал"
Титус: "Я голоден"
Флэй: "Следуйте за мной, Светлость"
Флэй: "Будет кролик. Кролик и голубь. И долгий сон..."
В это время в замке Горменгаст все искали Титуса.
Стирпайк (няне): "Вы видели его светлость?"
Няня : "Вечно я из-за вас подскакиваю. Что вам нужно?"
Стирпайк : "Лорд Титус. Где он?"
Няня : "Откуда я могу знать. Мне никто ничего не рассказывает. Никто со мной больше не считается"
Стирпайк : "Помолчите, глупая старуха"
Няня: "Называть так меня! "
Няня: "Я миссис Слэгг, няня Гроунов! Как вы смеете!"
Стирпайк: "Вы глупы, и уже лет сто как отжили свое."
Няня: "Как смеете! Как вы смеете!"
Няня: "Я знаю, чего вы добиваетесь, господин Стирпайк."
Няня: "Вы добиваетесь внимания леди Фуксии! Вы хотите..... "
Фуксия: "Няня? Что случилось?"
Няня: "Как он смеет так со мной разговаривать!"
Фуксия: "Что вы ей такое сказали?"
Стирпайк: "Леди Фуксия, дорогая миссис Слэгг неправильно меня поняла"
Стирпайк: "Я всего лишь хотел спросить, не видела ли она Лорда Титуса"
Няня: "Фуксия, он врет!"
Стирпайк : "Миссис Слэгг немного расстроена"
Фуксия: "Няня, няня, все в порядке. Титус поехал кататься верхом"
Стирпайк: "Куда, Леди Фуксия, куда?"
Фуксия : "Не знаю. Он не говорил. И никогда не говорит."
Титус: "Приключение в самом разгаре"
Титус в пещере, освещенной красным светом костра.
Огонь плясал, и стены ее словно подрагивали.
Титус: "Мне здесь нравится"
Флэй: "Нехорошо, Светлость"
Титус: "Мне немного боязно, господин Флэй"
Титус: "Я никогда еще не ночевал вне замка"
Титус: "Меня, наверное, ищут... я думаю"
Флэй : "Скорее всего"
Титус: "Тебе бывало когда-нибудь боязно? Совсем ведь один здесь"
Флэй: "Прогнали"
Титус: "Как это прогнали?"
Флэй: "Прогнали. Отослали, вот что значит"
Флэй: "Лишили, светлость, лишили служения, священного служения"
Флэй: "Пришлось вырвать себе сердце - вот что значит "прогнали"
Титус: "Но вы свободны, господин Флэй"
Титус: "Я хотел бы быть свободным"
Флэй: "Нечестивые это слова, мой Господин"
Флэй : "Вы Гроан по крови, и последний в роду. "
Флэй : "Не должно вам подводить Камни."
Титус: "Мистер Флэй..."
Флэй: "Светлость?"
Титус: "Мистер Флэй, я видел какое-то созданье в дубраве"
Флэй : "Что за создание такое?"
Титус: "Воздушное, летающее создание"
Титус: "что-то такое... нежное..."
Титус: "но я не разглядел лица"
Титус: "Знаешь, оно плыло среди деревьев"
Его глаза начали закрываться.
Титус: "Так оно настоящее? Ты видел его, господин Флэй? "
Титус: "Кто это? Скажи мне, прошу, потому что... потому что..."
Титус заснул.
Флэй: "Неправильно. Очень неправильно."
Утро.
Титус сделал глубокий вздох и ступил во двор из красного камня
замка Горменгаст...
Его сердце буйно колотится
лицо в испарине, но высоко держа голову,
он вбежал в комнату Фуксии
"Фуксия!"
Растрепанный преступник,
на глазах его закипают слезы.
Впервые за всю свою жизнь она неистово стиснула в объятиях
И поцеловала его
Фуксия: "Я тебя защищу"
Титус : "Фуксия?"
Титус: "Я должен кое-что тебе рассказать.Тайну."
Фусия: "Тайну?"
Титус "Да! про мое приключение."
Няня: "Посмотрите на ваши руки! На ваши ноги, ваше лицо! Ох, слабое мое сердце!"
Няня: "Посмотрите на грязь, на ссадины и царапины"
Няня: "О да, еще как могла бы, могла бы отшлепать вашу жестокую, грязную светлость"
Стирпайк: "Нет необходимости, госпожа Слэгг"
Няня: "Что вам на этот раз нужно?"
Стирпайк: "Лорд должен быть препровожден к Баркентину, объяснить свое поведение"
Фуксия "Зачем?"
Стирпайк: " Он должен быть наказан."
Няня: "Бедная маленькая Светлость!"
Стирпайк: "Я вас очень напугал, не так ли?"
Он заговорщически подмигнул Титусу.
Но Титус испытывал отвращение, внутренне отшатывался от этого подмигивания,
как отшатываешься от касания жабы
Стирпайк: "Умойтесь, господин мой, и постарайтесь не задерживаться."
Лишайный Форт. Грубые кубические блоки.
Поднимавшийся из дальней части замковых стен
для целей, ныне позабытых.
Титуса заперли в Форте на неделю,
как наказание за его побег.
В тот день у него был посетитель.
Беллгроув,в зодиакальной мантии и ученой шапочке с обвисшими уголками.
Пытаясь выглядеть Достойным и Строгим,
Поселить в душе воспитанника доверие к себе,
внушать Уважение.
Белгроув: "Как вы, друг мой?"
Титус: "Хорошо, сударь, спасибо."
Беллгроув "Уступите мне ваш стул, мой юный друг"
Беллгроув "Вы ведь можете присесть на стол, не так ли? Определенно можете. "
Беллгроув "Помнится, я, когда был мальчиком, умел проделывать подобные штуки!"
Беллгроув "Как поступить мне с вами, Титус?"
Беллгроув "Вас наказали. Вы и сейчас отбываете наказание"
Беллгроув "а потому рад отметить, что об этой стороне дела нам заботиться нечего;"
Беллгроув "но что же могу я поведать вам in loco parentis? "
Беллгроув: "Вы ведь сказали бы, что я человек старый, не так ли, мой юный друг?"
Титус : "Наверное, так, сударь."
Беллгроув: "И как человек старый, я должен выказать ныне мудрость и глубину понимания, ведь так, мой мальчик?"
Титус: "Не знаю, сударь."
Беллгроув: "Верно, мой мальчик, верно. Поверьте мне на слово."
Титус: "Да, сударь"
Беллгроув: "Мой юный друг,я предлагаю вам поговорить со мной как мужчина с мужчиной"
Беллгроув: "Или даже как мальчик с мальчиком. Ведь вы же мальчик по сравнению со мной, верно?"
Титус : "Да, сударь. Насколько я знаю, сударь. "
Беллгроув: "И чего бы вам хотелось больше всего, мой мальчик?"
Титус: "Я не знаю, сударь."
Беллгуров: "А я знаю. Поиграть в шарики!"
Беллгроув: "О, звук этих глупых шариков"
Титус: "У меня есть несколько шариков, сударь"
Беллгроув: "Это потрясающее совпадение. Шарики имеются не только у вас"
Титус: "О, сударь! Вот уж не думал, что у вас есть шарики!"
Беллгроув: "Мой мальчик. Пусть это послужит вам уроком."
Беллгроув: "Так, а где же мы будем играть? На полу?"
Беллгроув: "как долог путь вниз, до пола,"
Беллгроув: "и как скрипят мои бедные старые мышцы..."
Беллгроув: "Нужно изучить местность, как генералам, а?"
Беллгроув: "И наметить на ней поле сражения."
Титус "Да, сударь. Хотя по-моему, сударь, пол достаточно ровный, один квадрат будет здесь, а..."
Доктор: "Так-так-так-так-так! "
Доктор: "Клянусь всяческим милосердием, что за ужасное место для содержания под стражей юного графа! "
Доктор: "Но где же он, легендарный маленький злоумышленник?"
Титус: "Привет, доктор Прюн"
Титус: "Мы просто думали поиграть в шарики."
Доктор: "В шарики! А? Вот, клянусь всей и всяческой ученостью, весьма высококачественное изобретение"
Доктор: "да благословит Господь мою душу сферическую! "
Доктор: "Однако, если ваш соучастник это не сам Профессор Беллгроув,"
Доктор: "тогда глаза мои ведут себя чрезвычайно удивительным образом."
Беллгроув: "Дорогой Доктор, это и вправду я."
Доктор: "Аа"
Беллгроув: "Я здесь, чтобы помочь юному графу, если смогу, вернуться на стезю исполненной мудрости жизни"
Доктор: "А вот не нравится мне "стезя исполненной мудрости жизни"
Доктор: "гадковатая для школоначальника фраза, Беллгроув"
Доктор: "если вы простите мне столь чертовски наглое замечание"
<смешок>
Доктор: "Но я отвлекаю вас от игры"
Титус: "Почему бы вам обоим со мной не поиграть?"
Титус: "Тогда у нас будет "треуголка""
Доктор: "А как в нее играют, в "треуголку"?"
Беллгроув: "Я вам покажу. Это весьма возвышенная игра."
Шарики ударялись один о другой и,
кружась на лету, со стуком рушились в положенные квадраты
или разлетались по тюремному полу, словно падучие звезды.
Пока Альфред Прюнскваллор занят,
Стирпайк залез в аптеку доктора
И на полке выбрал бутылочку с зеленой жидкостью
На бутылочке было написано "Яд".
И он выпрыгнул в окно.
Бутылочка переливалась как огромный изумруд.
Няня: "О мое бедное сердце!"
<хохочет>
24 часа спустя....
Няню Слегг нашли мертвой в маленькой комнатке.
Фуксия: "О Доктор, я ничего не чувствую"
Доктор: "Фуксия, драгоценнейшее дитя мое"
Фуксия: "Я плохая, Доктор Прюн?"
Фуксия: "Я не понимаю"
Доктор: "Нет нет, конечно нет, моя цыганочка"
Фуксия: "Все неправильно, Доктор Прюн, все"
Доктор: "Что случилось, фуксия?"
Фуксия: "Несколько вещей. Важных вещей"
Фуксия: "Доктор Прюн, что случилось с моим отцом?"
Доктор: "Все что знаю - это то, что он был очень болен"
Доктор: "И вы тоже об этом помните"
Доктор: "Так же как помните, что он исчез"
Доктор: "Если кто-то из ныне живущих знает, что случилось с ним"
Доктор: "Уж не знаю, кто это мог бы быть..."
Доктор: "разве что Флэй"
Фуксия: "Мистер Флэй жив, доктор Прюн."
Доктор: "Нет!"
Доктор: "Почему вы так говорите?"
Фуксия: "Титус видел его"
Доктор: "Титус?"
Фуксия: "Да, Доктор"
Фуксия: "В лесу, он живет в пещере и добывает пищу охотой"
Фуксия: "Он спрашивал обо мне. Он очень преданный."
Доктор: "Бедный Флэй..."
Доктор: "Бедный верный Флэй..."
Доктор: "Но вы не должны видеться с ним, Фуксия"
Доктор: "От этого ничего, кроме вреда не будет"
Фуксия: "Я должна повидаться с Флэем. Он любил меня"
Фуксия: "Я хочу кое-что отнести ему"
Доктор: "Нет, Фуксия, вы не должны идти. Вы только сильнее расстроитесь"
Доктор: "куда сильнее, чем сейчас, если начнете убегать из замка"
Доктор: "То же и Титус. Все это очень неправильно"
Доктор: "Для такой бурной жизни, для всех этих тайн он недостаточно взросл"
Доктор: "Господи благослови - что он еще рассказал?"
Фуксия: "Все это тайна, Доктор"
Доктор: "Да, Фуксия, да. Конечно, тайна"
Фуксия: "Он кое-что видел"
Доктор: "Видел? И что же?"
Фуксия: "Летающее существо."
Доктор: "Летающее существо?"
Фуксия: "Не знаю, что хотел он этим сказать"
Фуксия: "Но перед тем как умерла няня Слєгг"
Фуксия: "Она рассказывала о времени, когда родился Титус, о том, как Кида пришла его нянчить"
Фуксия: "и как та вернулась в Наружные Жилища, и один из резчиков полюбил ее, и у нее родился ребенок"
Фуксия: "девочка, совсем не такая, как все"
Фуксия: "после самоубийства Киды, Внешний Люд возненавидел девочку, они боялись ее"
Фуксия: "И она покинула их"
Фуксия: "иногда только слышали по ночам, как она смеется над ними"
Фуксия: "и Внешние называли ее "Та"
Фуксия: "Няня считала, что "Та" - молочная сестра Титуса"
Фуксия: "когда Титус рассказал о летающем по воздуху существе"
Фуксия: "Доктор Прюн, я боюсь за Титуса"
Доктор стоял около окна и смотрел во тьму,
где чертит небо падучая звезда
Доктор: "Я должен обдумать ваш рассказ, Фуксия"
Доктор: "Я попытаюсь помочь вам"
Доктор: "Мне нужно время подумать"
На следующий день
Фуксия шла на кладбище слуг
С букетом из нескольких дикими цветков в руках
Придя туда, она видит...
Фуксия: "Стирпайк?!"
Он опустился на одно колено, приняв позу выражающую горе
Около могилы Няни
С венком красных роз в руках
Принять такую позу заняло у него лишь мгновение
Фуксия: "Ты-то что делаешь здесь?"
Фуксия: "Ты же никогда ее не любил"
Стирпайк: "Леди Фуксия"
Поднявшись на ноги, он поклонился.
Стирпайк: "Я знал ее не так хорошо, как вы, ваша светлость"
Стирпайк: "Но уж больно жалкая это могила для такой замечательной старой женщины"
Стирпайк: "Вот я и раздобыл эти розы... и... ну... "
И Стирпайк очень правдоподобно изобразил смущение
Стирпайк: "Я просто подумал"
сняв венок с изголовья холмика
Стирпайк: "ваши цветы больше всего порадуют ее душу "
Стирпайк: "где бы та ни находилась!"
Фуксия: "Не знаю я об этом ничего"
Фуксия: "Да и глупости все это"
Фуксия: "Но ты... не думала, что ты такой сентиментальный"
Он отшвырнул венок во тьму
Стирпайк: "У меня разные случаются настроения"
Фуксия простояла неподвижно, а затем подскочила к молодому человеку
и вонзила ногти ему в щеки.
Зеленый пористый вечер висел за ним, как декорация, выстроенная для показа
его тонкого тела, его белизны и чахоточных ран на щеках.
Сострадание толкнуло ее к нему
Стремительным движением гадюки Стирпайк скользнул в ее объятия
оба упали, невольно подставив друг другу подножки,
сердце ее стучит у его ребер, к его губам прижимается ее щека
но даже не шевельнул ими.
Отвернувшись, Фуксия с внезапным ужасом поняла, что изголовьем им служит узкий,
поросший травой могильный холмик ее старенькой няньки.
Фуксия: "О Ужас! "
Оттолкнув Стирпайка, Фуксия с трудом поднялась
и скачками, как дикий зверь, полетела во тьму.
Ирма Прюнскваллор в день празднества
Ирма: "Мое суарэ"
В ванной комнате вода, шипя, заполнила ванну
приняв деланно скромную позу, она
уже пригоршнями ссыпала в роскошную глубину изумрудные и лиловатые кристаллы.
В школе в классных комнатах не было циферблатов,
на которые не поглядывали бы по шестидесяти раз за час
и не сбитые с толку мальчишки, но их учителя
Когда пришел вечер, они исступленно готовились
Оставшись один в комнате, Беллгроув размышлял.
Беллгроув: "Что это может значить?"
Беллгроув: "Мои подчиненные убеждает меня"
Беллгроув: "что каждый узнал от знакомых своих знакомых"
Беллгроув: "будто Ирма воспылала самой что ни на есть безумной страстью ко мне"
Беллгроув: "для Ирмы прием это просто-напросто повод побыть с ним рядом"
Беллгроув: "но она не могла пригласить меня одного"
Беллгроув: "Это было бы слишком неделикатно"
Беллгроув: "Чистой воды брехня."
Беллгроув: "Предвкушают, как я буду весь вечер увиливать от Ирмы, а она - гоняться за мной!"
Беллгроув: "Но как обратить все это против них же самих?.."
Беллгроув: "Что с ней не так?"
Беллгроув: "Представительная, достойная женщина, правда, с длинным острым носом"
Беллгроув: "Ну и что с того? Должен же нос иметь какую-то форму."
В недавно заново украшенной зале,
покрытой ковром, таким зеленым, что почти серым
Ирма в темных очках близоруко осматривала вычищенную комнату в поисках пятен.
Доктор: "Ирма!"
Ирма: "Альфред, как я тебе?"
Ирма: "Как я тебе?"
Доктор: "Ну, я тебе вот что скажу"
Доктор: "Ты обратила себя в нечто значительное, и если в итоге получилось не произведение искусства"
Доктор: "оно настолько близко к нему, что разница почти и незаметна."
Доктор: "Клянусь всем, что испускает свечение, ты успешно справилась с задачей"
Ирма : "Что ты хочешь сказать, Альфред?"
Доктор: "Я хочу сказать... повернись"
Доктор: "Что-то изменилось в тебе"
Доктор: "О Боже!.. я понял!"
Доктор: "У тебя появился бюст"
Доктор: "не так ли?"
Ирма:"Альфред! Я не собираюсь тебе ее демонстрировать"
Доктор: "Боже оборони, любовь моя"
Снаружи, во дворе.
Двигалась глубокая красного цвета туча
Это идут Профессора в церемониальных мантиях
Впереди - Беллгроув в великолепной мантии тончайшего белого шелка
с вышитой на спине большой буквой "Г".
Ирма "О, Альфред!"
Доктор: "Что такое, Ирма, любовь моя?"
Ирма: "Я хотела бы знать, не сделаешь ли ты для меня кое-что, дорогой"
Доктор: "Просто скажи что, моя дорогая"
Ирма: "Ты, наверно, будешь шокирован "
Ирма: "Ты не мог бы, дорогой, снести мой бюст в спальню "
Ирма: "и наполнить его горячей водой. Бутылка остыла,"
Ирма: "а мне не хотелось бы простудиться"
Доктор: "Ирма! Неужто в тебе нет ни грана благопристойности?"
Перч-Призм: "Мой старый друг,вы не забыли того, что я говорил вам, не так ли?"
Беллгроув: "А что вы говорили?"
Перч-Призм: "Про Ирму. Вам может прийтись туго. У меня самые свежие новости."
Перч-Призм: "Она окончательно помешалась на вас, старина. Просто помешалась."
Профессора: "Будьте поосторожнее, шеф. Поосторожнее."
Беллгроув: "Да, я - буду - поосторожнее,"
Беллгроув: "не бойтесь"
Цветрез: "Внутрь, ага! внутрь! Теперь надо весело!
"Уж-жасно весело! Мы все должны веселиться!"
"Профессор Цветрез!"
Итак, силуэт за силуэтом, шаг за шагом,
Профессора зашагали туда где хозяин и хозяйка поджидали их.
Доктор: "Ирма, великая зачинательница! Какой решительной, какой воинственной выглядишь ты!"
Доктор: "Расслабься немного, умягчись в себе. Думай о молоке и меде. "
...."Школоначальник!"
Некто в белом приближался к Ирме Прюнскваллор.
Доктор: "Думай, моя дорогая, о медузе"
Ирма: "Тише!"
Ирма: "...Грандиозно, вот как"
Беллгроув: "но дочь Евы, живое средоточие - космос, "
Беллгроув: "пульс великой абстракции - Женщины."
Беллгроув: "Клянусь Богом, она здесь и бесподобна с головы до пят!"
Беллгроув: "Мисс Прюнскваллор!"
Ирма: "Школоначальник!"
Ирма: "О, сладчайшая из удач! Что же вы делаете?"
...Он взял ее руки и запечатлел на их влаге поцелуй.
Ирма: "О досадливый трепет! Что сделал он, огромный, нежный, царственный, блестящий лев?"
Мировые часы встали.
Ирма: "Я в его власти."
или должны были встать.
Ирма: "Он пробудил меня"
И потом...
Ее грудь начала сползать.
В сложном сооружении из шнурков, тесемок и безопасных булавок
Время отыскало слабину
Ирма: "Прошу прощения, я должна ненадолго оставить вас, Школоначальник."
Ирма: "Но я вернусь. Женщиной, которой Школоначальник сможет восторгаться."
Ирма: "Дамой во всей высокой чувственности ее пола"
Снаружи в темноте
Стирпайк шел тайным путем, между отвесные, безоконные стены.
по пустошам, мощенным кирпичом или камнем просторам,
где резные фасады холодил аквамариновый плющ
по галереям пыльным комнат
в одной из которых Леди Кора и Кларис сидят в заточении
На небе над садом Прюнскваллоров
поднялась луна.
Ирма смотрела на нее.
В беседке была пятнистая полночь.
Беллгроув: "Вы сидите, госпожа Прюнскваллор?"
Ирма: "О да. Да, сижу"
Беллгроув: "Вам удобно, сударыня?"
Ирма: "Удобно, господин Школоначальник, и покойно."
Беллгроув: "Покойно? Какой разновидности покой вы вкушаете?"
Ирма: "покой безоглядно отдаться человеку, полному достоинств и нежному."
Беллгроув: "Скажите мне, драгоценнейшая моя госпожа, не обо мне ли вы говорите?"
Ирма: "Я говорила о вас"
Ирма: "О вас, господин Беллгроув. Не прикасайтесь ко мне."
Ирма: "Не искушайте меня. Вообще ничего со мной не делайте."
Ирма: "Я не хотела бы, чтобы мы осквернили этот миг."
Стирпайк: "Добрый вечер, мои пурпурные пташки"
Стирпайк, а перед ним, рука в руке - Двойняшки.
с лицами белыми, как свиное сало.
Стирпайк: "Я обращаюсь к вам, леди, или вы меня не слышали?"
Стирпайк: "Ладно."
Они смотрят не на Стирпайка, а на нечто над ним.
Стирпайк: "Что вы нашли такое загадочное на потолке, мои голубки?"
Глянув вверх, он видит здоровенный топор
в дюжине футов над собою,
холодную, сероватую тяжесть стального обуха
удерживала паутина шнуров и веревок
Стирпайк: "Вот как!"
Он выскочил за дверь.
Возвращение Стирпайка в самое сердце замка было решительным и быстрым.
Ирма Прюнскваллор ощутила прикосновние руки
к ее обнаженному плечу во тьме сада.
Беллгроув: "Ирма. Это ли осквернение? "
Беллгроув: "Пятнаем ли мы белейшую из тетрадей любви?"
Беллгроув: "Решать вам. Что до меня, то я брожу среди радуг,-
Ирма: "Самые буйные, самые-самые буйные грезы мои стали реальностью,"
Ирма: "чем-то, чего я могу коснуться"
Ирма: "Скромные мечты мои, скромные видения,"
Ирма: "они обрели вещественность, они - это вы... они - это Вы."
Беллгроув: "Оба мы держим свои грезы в объятиях."
Ирма: "О мой господин!"
Беллгроув: "О моя дорогая!"
Баркентин: "У, сосущий огонь!"
Баркентин: "так и теснит мне сердце"
Баркентин... как илом забитые складки, растрескавшегося, точно сыр,
грязного лица...
Баркентин: "И граф еще этот, щенок щенком."
Баркентин: "А у меня ни одного ученика,"
Баркентин: " кроме этого выскочки, этого ублюдка Стирпайка."
И Баркентин снова мерзко заскребся - в чреслах, ягодицах, брюхе, ребрах.
Баркентин: "Червяк обоссанный, узнал слишком много"
Баркентин: "Совает нос в книги, которые нельзя было позволять ему открывать"
Баркентин: "Все это зашло слишком далеко"
Баркентин: "слишком далеко, клянусь ведьмячей кровью"
Позади него в свете свечи пошевелилась тень
Баркентин: "Долой его. Я должен остаться один, или, клянусь самцом-приматом"
Баркентин: "при дьявольской его расторопности, он сможет вытянуть из меня все ключи"
Баркентин: "Наглый бычий рожон"
Кклинок с холодным, острым, как игла, острием
в полдюйме от грязной шеи.
Лезвие проложило себе путь по морщинистому рельефу черепашьей шеи.
Стирпайк: "Право же, Баркетин, мы должны развязать этот узел"
Баркентин: "Изменник."
Стирпайк: "Поосторожнее со словами, старик"
Баркентин: "Я сказал изменник, ты изменник и есть"
Стирпайк же единым махом схватил подсвечник и, мазнул язычками пламени по задранному кверху лицу.
Безжизненная борода загорелась,
прогнившее тряпье занялось.
Схватившись за одежду Стирпайка, он
вскарабкался, словно огненная обезьяна, по его телу,
как пылающая пиявка.
Одежда на Стирпайке загорелась,
его щеки и горло заливало багрецом.
Голова кружилась, тьма наполняла ее,
Добежав к прямоугольнику ночного мрака, с Баркентином на спине
На мгновение он замерли, освещенные, точно демоны, на фоне беззвездного неба.
И вот, они уже сгинули.
Вниз... вниз.... вниз.
в темные воды рва внизу.
Стирпайк открыл глаза и обнаружил, что лежит в кровати.
Спиной к нему стоял доктор Прюнскваллор.
За мгновение нечто сдвинулось, изменилось в его разуме.
Затем он вновь закрыл глаза.
Стирпайк: "Я пытался спасти тебя"
Доктор: "Что?"
На причудливом, точеном лице его отсутствовало столь обычное для Доктора шутовское выражение
Стирпайк: "Ах, Учитель, я пытался спасти тебя"
Доктор: "Пытались спасти кого? "
Стирпайк: "Я пытался... пытался..."
Стирпайк: "Доктор?"
Доктор: "Да?"
Стирпайк: "Доктор, я не смог его удержать."
Доктор: "Завтра расскажете мне обо всем."
Стирпайк: "Я должен рассказать сейчас"
Стирпайк: "Он загорелся, я пытался потушить огонь
Стирпайк: "Но сам загорелся"
Стирпайк: "Я добежал до окна и выпрыгнул в ров "
Стирпайк: "Я не смог его удержать. "
Стирпайк: "Я...не могу сказать... вы еще... "
Стирпайк погрузился в беспокойный сон.
Прюнскваллор смотрел в окно.
Обдумывая фразу из неподдельного бреда Стирпайка.
Доктор: "А с Двойняшками будет пятеро..."
Флей: "Но Ритуал! Наставления - кто их дает? "
Флей: "кто толкует Грамоты "
Флей, в своей лесной пещере.
Флей: "Кто вдыхает в символы жизнь? "
Он смотрит на дитя, которого не видел долгие годы.
Флей: "Кто вращает колеса Горменгаста?"
Фуксия: "Да все в порядке, господин Флэй. "
Фуксия: "Стирпайк делает все что нужно"
Фуксия: "Он весь забинтован и все-таки правит всем из постели"
Фуксия: "Он неустанно работает. Он не жалеет себя. "
Флей: "Он не Распорядитель Ритуала, светлость. Нет любви, нет любви к Горменгасту."
Титус: "А по мне, так и вовсе никакого Распорядителя Ритуала не нужно"
Флей: "Светлость,вы всего только мальчик. Нет знаний"
Ирма: "Я пережила чрезвычайно волнительное время, Альфред"
Прюнскваллоры за чаем.
Ирма: "Я говорю, я пережила чрезвычайно волнительное время,ты слышишь меня или нет?"
Ирма: "О, как это выводит из себя, когда женщина, за которой ее поклонник ухаживает столь возвышенно"
Ирма: "столь благородно, вдруг обнаруживает, что брата ее это интересует примерно как муха на стене"
Доктор: "Плоть моей плоти,что ты хочешь узнать?"
Ирма: "Узнать! Почему я должна хотеть что-то узнать?"
Ирма: "Я не задавала тебе вопроса. У меня иногда возникают и собственные мысли"
Ирма: "Я иногда делаю выводы. Альфред! "
Ирма: "Я возродилась к жизни. Я открыла в себе сокровища. "
Ирма: "Я - словно неиссякаемый кладезь, Альфред. Я знаю это, я знаю. "
Доктор: "С тобой на редкость трудно разговаривать, Ирма"
Доктор: "Ты не оставляешь в конце своих фраз никаких петелек и зацепок, ничего, что помогло бы твоему любящему брату"
Доктор: "ничего для его вечно готового, вечно жаждущего, вечно сверкающего крючка."
Ирма: "Это слишком, Альфред! Это действительно слишком!"
Доктор: "А с Двойняшками будет пятеро".....
Флей: "Не правильно"
Флей: "Он не должен быть Распорядителем Ритуала"
Изгнанный господин Флей тайно вернулся в Горменгаст.
Флей: "Кухонная грязь!"
Флей: "Свелтерова крыса!"
Бродя, ночь за ночью, никем не замеченный,
по тысяче коридоров, перепутанных, расходящихся в разные стороны,
по пустым каменным коридорам.
И вдруг тишина рассыпалась осколками.
Флэй задрожал от ужаса
Капли пота разбиваются о пол у его ног.
За толщей стены их светлости Кора и Кларис
Безумные и умирающие от голода
легли бок о бок и, глядя в потолок,
умерли...
Стирпайк: "Сегодня, вашей Светлости предстоит церемония в конюшнях"
Стирпайк, с пегим лицом,
набрякшая багровая ткань покрыла воспаленными узорами
восковую бледность кожи.
Стирпайк: "Вы слушаете, мой господин?"
Титус: "Что?"
Стирпайк: "Церемония в конюшнях требует вашего присутствия"
Сжав шелковистые, кроваво-красные, похожие на обезьяньи руки
Стирпайк "Это понятно?"
Титус: "Да."
Стирпайк "Я вернусь через полчаса"
Стирпайк "Леди Фуксия."
Фуксия "Господин Стирпайк."
Титус: "Ненавижу его!"
Фуксия: "Почему?"
Фуксия: "Скучно с тобой становится, Титус! Чем он тебе нехорош?"
Фуксия: "По-моему, он превосходно справляется со своей работой."
Фуксия: "Ты ставишь ему в вину его внешность? Так? "
Фуксия: "Если так, это низко и отвратительно!"
Фуксия: "О Господи! Господи! "
Фуксия: "Титус, милый, ты думаешь, мне хочется ссориться с тобой? "
Фуксия: "Ты же знаешь, я люблю тебя"
Фуксия: "Но ты несправедлив. Несправедлив. Ты ничего о нем не знаешь."
Титус: "Я ненавижу его.Ненавижу его подлое, вонючее нутро."
Гертруда: "Пятеро кого?"
Графиня. На ее указательном пальце сидит птица.
Доктор: "Вот именно, Ваша светлость"
Доктор: "Пять кого"
Доктор: "Готов поставить самую блестящую монетку,"
Доктор: "Слова "а с Двойняшками будет пятеро" означают"
Доктор: "что, бредя, он составлял список из отдельных людей."
Доктор: "Тех, кто умер, возможно"
Доктор: "Саурдуст, Баркентин... его Светлость... кто знает"
Графиня: "Действительно, кто знает"
Графиня: "Пока слишком рано. У нас нет доказательств."
Графиня: "Пусть побегает. Но если мои опасения основательны,
Графиня: "от смерти его затошнит даже старые башни замка"
Графиня: "и самые камни их будут блевать. "
Дни движутся, меняются названия месяцев,
времена года погребают друг друга.
Беллгроув и Ирма уже женаты
Беллгроув: "Нет, Ирма, Нет"
Беллгроув, примеряющий перед зеркалом достойные выражения лица.
Беллгроув: "Так не пойдет. Я был бы благодарен тебе, если б ты помнила свое место."
Глянув снова в то, что отражало зеркало...
Ирма: "Пожалуйста, супруг, объясните свое поведение."
Ирма: "Я сказала, пожалуйста, объясните."
Он попался.
Один в Безмолвных Залах, Господин Флэй
рисует сложную карту покрытую стрелками,
пунктирными линиями и невразумительными схемами
слагая в единое целое пустынный мир вокруг него.
Флэй: "Все неправильно, пошатнулись Камни, но Флэй отыщет зло"
Проходят дни.
Расшатавшийся камень падает с верхушки башни.
Уходят месяцы.
Муха замертво валится с треснувшего оконного стекла.
Проходят годы
Укрывшись в плюще, чирикает воробей.
Приливы мгновений грызут, как неугомонный прибой, черное побережие будущего.
И Титус Гроан с трудом бредет, переходя вброд свое отрочество.
Стирпайк собирался пустить в ход
все свое коварство, всю артистичность
Он планировал добиться благосклонности
дочери Дома Гроунов...
Стирпайк: "Ее жизнь лишена любви"
Стирпайк: "Она мечтает о любви"
Стирпайк: "Она тепла и полна жизни"
Стирпайк: "Горменгаст же - холоден и мертв"
Стирпайк: "Нужно заставить ее стать моим орудием"
Стирпайк: "Довериться мне"
Стирпайк: "Нуждаться во мне"
Стирпайк: "Любить меня"
Стирпайк: "И потом, когда я буду готов"
Стирпайк: "Я получу ее, она станет моей"
Они встречались темными вечерами
Когда изуродованное лицо Стирпайка
В меньшей степени привлекало внимание
"Куда ты меня ведешь, Стирпайк?"
"Я хочу показать вам чудесный вид"
"Луну, поднимающуюся над омутом неба..."
Ночь за ночью они тайно встречались, пока
не наступил вечер, когда их руки невольно соприкоснулись в темноте,
и ни одна не отдернулась.
Стирпайк: "Я получу ее"
Стирпайк: "И когда она потеряет невинность"
Стирпайк: "Есть разные способы это использовать"
Стирпайк: "Шантаж"
Стирпайк: "Она будет полностью в моих руках"
Однажды ночью Фуксия тихо постучала в дверь Стирпайка
В чернильном мраке,
И никто ей не ответил
(стук)
"Будьте осторожны...."
"Леди....."
Фуксия: "Кто это?!"
Голос ниоткуда...
Она зажгла свечу.
В тот же миг подскочил Стирпайк
Вырвал у нее свечу и загасил пламя
Стирпайк: "ДУРА!"
В нише над дверью
Прятался Флэй и осторожно соскочил на землю
Флэй: "Фуксия"
Флэй: "И Стирпайк!"
Что это может означать?...
Флэй: "Благослови меня боже..."
В комнате Фуксия дрожа стояла около двери,
Шокированная и возмущенная
Фуксия: "Дура..."
Он сказал о ней "Дура".
Из-за этого слова мир перевернулся.
Все изменилось.
Фуксия: "Выпустите меня отсюда!"
Все Лорды Горменгаста стояли за ее плечами
Фуксия: "Говорю тебе..."
Комната осветилась золотистым светом.
На столе закрыв лапками мордочку
сидит маленькая обезьянка,
в костюмчике из красных и желтых ромбов
Стирпайк: "Фуксия, дайте мне минуту, одну лишь минуту,
Стирпайк: "чтобы рассказать об опасности, "
Стирпайк: "которой мы только что избежали"
Черные глаза девушки казались мертвыми, потухшими.
Стирпайк: "Нельзя было терять ни мгновения, и хоть поведению моему нет оправданий"
Стирпайк: "хоть я и не вправе просить вас о прощении"
Стирпайк: "все же дайте мне краткий миг, чтобы я смог объяснить мою грубость"
Губы ее были плотно сжаты
Стирпайк: "Фуксия, я поступил так ради вашего блага.
Стирпайк: "Ради вас был я груб. То была грубость любви"
Стирпайк: "У меня не имелось других средств, чтобы спасти вас"
Стирпайк: "Разве вы не слышали шагов? "
Стирпайк: "Она была уже близко"
Фуксия: "Кто?"
Стирпайк: "Ваша мать"
Фуксия: "Моя мать?"
Стирпайк: "Найди она вас здесь,
Стирпайк: "Фуксия, вы знаете как бы вас наказали"
Стирпайк: "Потому-то наши планы надлежало держать в тайне"
Стирпайк: "а наши правила - соблюдать неукоснительно"
Стирпайк: "Замешкайся я хоть на миг, и жизни наши были б погублены. "
Стирпайк: "Ибо я люблю вас, Фуксия"
Стирпайк: "Вы - все, чего я когда-либо страстно желал."
Стирпайк: "Я назвал вас "дурой", да,"
Стирпайк: " "дурой", но из любви к вам "
Обезьянка почесала свое маленькую головку и зевнула.
Стирпайк: "Иди же сюда. Сатана. Ко мне, мой гадкий мальчишка! "
И обезьянка запрыгнула ему на высокое плечо.
Стирпайк: "Теперь... я конечно пойму"
Стирпайк: "если вы и Сатану не захотите принять"
Фуксия: "Сатану?"
Стирпайк: "Вашу Обезьянку. Я просто надеялся, что она вам понравится"
Стирпайк: "Я сам сшил ей костюмчик"
Фуксия: "Я не знаю! Не знаю! Все изменилось!"
Фуксия: "Чувства мои стали иными"
Фуксия: "А теперь я хочу уйти"
Стирпайк: "Да, конечно"
Стирпайк: "Но умоляю вас, попытайтесь понять"
Фуксия: "Я никогда не пойму.Что бы вы ни говорили о случившемся, оно было ужасным"
Стирпайк: "Да, конечно. Но не смогли бы вы оказать мне услугу"
Фуксия: "Какую?"
Стирпайк: "Оставьте мне еще завтрашнюю ночь, чтобы мы могли поговорить"
Стирпайк: "не о моей вине, не об этом нашем ужасном разладе, "
Стирпайк: "но о вещах более радостных"
Стирпайк: "Хорошо?"
Фуксия: "Я не знаю.Не знаю.
Фуксия: "О господи, наверное, да."
Стирпайк: "Спасибо. Спасибо."
Стирпайк: "Если вы вдруг решите, что Сатана вам не нужен,
Стирпайк: " верните его мне, потому что он ваш... и.."
Стирпайк: "Ты ведь хотел бы знать, кто твой хозяин, не правда ли, Сатана?.."
Фуксия: "Стирпайк! По-моему, вы размягчаетесь."
(.... хлопнула дверь....)
Стирпайк: "Время пришло, Сатана, пора действовать"
Стирпайк: "если предстоит сделать шаг к достижению своих целей, сделать его надлежит сейчас"
Стирпайк: "Что еще..."
Стирпайк чувствовал первые слабые признаки того,
что почва начала выскальзывать у него из-под ног.
Стирпайк: "Завтра. Я со всем этим разберусь."
Замок безмолвствовал, как некое зарубленное секирой чудовище.
Недвижное, бездыханное, распластанное.
Флэй: "Торопитесь, Светлость! "
Флэй: "Торопитесь"
Флэй: В предрассветом мраке 77-й Граф Титус
переместился к нему поближе.
Титус: "Что случилось, господин Флей?"
Флэй: "Торопитесь, Светлость!"
Флэй: "Объясню после"
Флэй: "Торопитесь же"
Во дворе они спустились по холодной лестнице,и
побежали к аркаде, погруженной во тьму ночи
Титус: "Господин Флей, зачем мы здесь?"
Флэй: "Смотрите!"
Он увидел, глядя под другим углом, под нависающей кроной
пятно еще большей черноты.
Титус: "Стирпайк!"
Титус: "Почему?"
Титус: "Чего он ждет?"
Флэй: "Не знаю, Светлость, мы должны это выяснить"
Флэй: "Вы должны быть свидетелем"
Флэй: "Потому что кто поверит слову изгнанника против слова Мастера Ритуала"
Титус: "Свидетелем чего?"
Флэй: "Что-то неправильно, Светлость, очень неправильно"
Флэй: "Не могу объяснить свои ощущения, но я его знаю"
Флэй: "После всей этих лет, я очень хорошо его знаю"
Флэй: "Время покончить с ним. Мы должны пойти за ним."
Титус: "Это двор Доктора"
Флэй: "Ну и что?"
Титус: "Доктор на нашей стороне"
Флэй: "Нужно позвать его. Если Стирпайк уйдет, "
Флэй: "я пойду за ним, а вы оба следуйте за мной"
Флэй: "Я буду мелом оставлять знаки"
Флэй: "Но ведите себя тихо"
Флэй: "А теперь идите"
Титус: "Хорошо, господин Флэй..."
Флэй: "Странно что он стоит ночью прислонившись к дереву"
Флэй: "Боюсь, тут какой-то замысел"
Стирпайк: "Этой ночью ей придется положиться на мое милосердии"
Стирпайк: "Я пробужу ее, ослеплю ее"
Стирпайк: "А если понабодится - совращу"
Стирпайк: "В какую бы тигрицу она не превращалась, я получу ее, а дальше последует все задуманное"
Стирпайк: "Но сначала я уделю внимание Близнецам"
Стирпайк: "Я должен убедиться,"
Стирпайк: "Я должен получить доказательство"
Стирпайк зевнул - словно зевнула ящерица
с острыми, беззвучными, безжалостными челюстями.
Доктор: "Кто здесь?"
Титус: "Черт..."
"Шшш..."
Доктор: "А?"
Титус: "Доктор Прюн, это я, Титус"
Титус: "Не разговаривайте"
Доктор: "Титус?"
Титус: "Я взобрался по плющу"
Титус: "Нет-нет, не зажигайте свечу"
Титус: "Нам нужна ваша помощь"
Доктор: "Мы?..."
Титус: "Со мной Флэй"
Доктор: "Что? Флэй?"
Титус: "Да, он вернулся, но лишь потому, что тревожится "
Титус: "за Фуксию, и за меня, и за закон..."
Титус: "Вы пойдете?"
Титус: "Мы следим за Стирпайком "
Доктор: "А..."
Титус: "Это там, во дворе"
Доктор: "Я польщен"
Миг - и Доктор накинул элегантный халат, и мягкие шлепанцы.
Доктор: "Я более чем польщен"
Торн остался на месте,
черной гравировкой на фоне рассветного неба.
Но Стирпайка нигде не было видно.
И Флэя тоже.
Титус: "Следы мела на земле, Доктор Прюн. Там.".
Доктор: "Хорошо иметь молодые глаза!" "Идем же! Идем!"
Там началось длинное, пыльное путешествие
через новый мир - мир извилистых проходов
пологих лестничных маршей
и длинных гладких спусков...
миль безлюдных камней
Час за часом, а Флэй нигде не было видно
Затем... вдруг.
повернув за угол высокой стены, они видят его
Титус: "Флэй!"
Флэй : "А, Доктор. Мы нашли его.Смотрите!"
Они вышли из коридора и увидели
очередной каменный проход
И в конце его -
Стирпайк.
Его обезьянка возилась в пыли.
Отперев дверь, сломанной жердиной он осторожно
толкнул ее и она открылась.
Обезьянка вцепившаяся нервными лапками в ручку двери
после этого рухнула на пол.
Но рухнула не одна.
Топор, отхватив длинный хвост, упал
и смертоносное лезвие врезалось в заплесневелый ковер.
Топор, предназначенный Стирпайку.
Он вошел в комнату.
Флэй: "Идем"
Через дверной проем Доктор, Флэй и Титус видят
Два скелета в пурпурном тряпье
лежали, уставившись пустыми глазницами в потолок.
И Стирпайк расхаживающий как петух, пританцовывающий, как дикарь,
беспощадный, воинственный, сатанинский.
Затем Флэй выступил из тени.
Флэй: "Ты!!"
Стирпайк: "Флэй?"
Флэй: "Да. Это я, Флэй."
Жизнь беглого преступника представилась ему, и Стирпайк достал нож.
Доктор: "Бросьте его. Вы слышите, бросайте нож на пол"
Доктор: "Поднимите вверх руки и подойдите к нам. Вы арестованы"
Багровое облако заклубилось в голове Стирпайка.
Тело затрепетало в подобии похоти.
Доктор: "Даю вам последнюю возможность. Если вы за пять секунд не бросите нож, "
Доктор : "мы нападем на вас!"
Но упал не нож.
Упал Флэй.
Клинок Стирпайкова ножа еще трепетал в его сердце.
В смятении Стирпайк выскочил прочь и убежал.
Флэй, верный слуга, был мертв.
Графиня: "Все обычные работы следует приостановить"
Графиня, гора грозной силы и безжалостной простоты.
Графиня: "Каждый мужчина, каждая женщина, каждый ребенок получит приказ о розыске. "
Графиня: "У всех известных источников и ручьев, у каждой цистерны, "
Графиня: "водоема, канавы должен стоять часовой"
Графиня: "Несомненно, этому животному рано или поздно захочется пить."
Графиня: "Я перехитрю его."
Графиня: "Церемонии пойдут своим чередом"
Фуксия: "Спасибо, что зашел,"
Фуксия: "но говорить нам с тобой не о чем"
Фуксия, внутри нее сейчас шар боли.
все росший и росший.
Титус: "Никак не могу поверить, что он мертв"
Фуксия: "Кто?"
Титус: "Флэй, конечно"
Титус: "И ведь сколько всего он сделал ."
Титус: "Как там его пещера?"
Титус: "Наверное, опустела навек. Ты не хотела бы..."
Фуксия: "Нет."
Фуксия: "Я люблю тебя, Титус, но я ничего не чувствую, совсем ничего. Я мертва."
Фуксия: "Даже ты умер во мне. "
Фуксия: "Я знаю, что люблю тебя. Только тебя одного"
Фуксия: "но я ничего не чувствую и чувствовать не хочу. "
Фуксия: "Хватит, меня уже тошнит от чувств"
Фуксия: "я боюсь их"
Между ними легло, разделив их, пространство,
а моста у них не было.
Грозовые тучи зевали, как гиппопотамы,
глубокие дыры или воронки распахивались и запахивались, точно звериные пасти.
Титус, дитя судьбы, продирался через лесные заросли.
Ритуал, с которого он сбежал -
Это церемония Блистающей Резьбы
Он мятежник, подобный поэзии в ее юном полете.
Полил дождь.
Тепловатая вода ударяла в Титуса и стекала по его телу
Пока он бежал, ища Летяющее Существо.
Он мечтал коснуться ее летящие рук и ног.
Она была свободой.
Она была его романтической грезой.
Он нашел ее, свою молочную сестру, в пещере Флэя.
Она сидела на корточках
Она поворачивала над небольшим костром вертел с ощипанной птицей.
Пол вокруг усыпан перьями.
Она ли это?
Это голое, присевшее существо
Эта...лягушка!
Титус: "Она лягушка"
А затем она повернулась и взглянула на него
Титус: "Она это...радость!"
Вздрогнув, она прыгнула
Но Титус поймал ее, и руки его сомкнулись вокруг нее
он с гневной силой вцепился в Ту
навалившись на нее всем телом,
воображение и тело которого сплавились в пульсациях похоти
А затем он увидел ее лицо.
такое маленькое
Все тело Титуса ослабло,
когда первый девственный поцелуй, трепетавший на его губах,
скончался сам собою
Он прижался щекою к ее щеке,зная - вершина любви невозможна.
Вдруг, она убежала
Зубы его впились во мраке в темную сердцевину жизни.
Сквозь вход в пещеру он видел ее обнаженную под дождем
Бегущую, прыгающую между молниями
И потом он увидел
сердца грозы вырвался палящий огонь
и, прорезав ослепший лес,
испепелил Ту, как будто она была всего лишь сухим листом на его пути.
Что-то в Титусе сгорело, как сгорела она.
Что-то умерло - да так, словно его никогда и не было.
В семнадцать лет он вступил в другую страну.
Он стал мужчиной.
Доктор: "Такого потопа еще не бывало"
Горменгаст тоже отрезало от остального мира
Рыбы реки Горменгаст плавали где хотели
их можно было видеть сквозь нижние окна замка.
Доктор: "Никогда на моей памяти. Никогда!"
Колоссальный приют, каким стала Гора, стал островом
Вода поднималась как ужас, дюйм за дюймом
Графиня: "Тайные склады нужно охранять! Вы меня слышали?"
"Моя госпожа"
Миллионы древних томов,
тысячи корзин со священными пожелтевшими бумагами
оттащили на чердак.
Графиня: "Кухни и припасы перевести этажом выше"
Графиня: "Все понятно?"
"Начнем сейчас же!"
Скот, лошадей, припасы,
запасы зерна и ценностей, вин и старинной мебели,
мебель, пожитки, никчемные безделушки и произведения искусства
Графиня: "Вода поднимается."
Графиня: "Через шесть часов вода доберется до наших ног"
Графиня: "Шансов провести ночь на этом уровне у нас нет"
Графиня: "Мой приказ о порядке работ вы получили - так?"
"Разумеется, ваша светлость"
Графиня: "Тогда, милостивые государи, приступим"
Графиня: "Наводнение сплотило нас. "
Графиня: "Не правда ли, господа?"
Графиня: "Наводнение гонит нас вверх, верно? - в ограниченное пространство"
Графиня: "Так скажите мне, милостивые государи, способен ли изменник Стирпайк жить в воздухе и питаться им?"
Графиня: "Может ли он жевать тучи?"
Графиня: "Или глотать громы и набивать утробу молниями?"
"Нееет"...
Графиня: "Или ему по силам жить под водой, как щуке, которую я видела там, внизу, в темноте?"
Графиня: ""Нет. Он ничем не отличается от нас, милостивые государи "
Графиня: "Нас!"
Ирма: "Я ненавижу природу"
Беллгроувы сидели на маленьком чердаке,
огромный замок лежал под ними, подобный гигантскому телу
с заполненными водою артериями
Ирма: "Ненавижу ее, отвратительную скотину..."
Беллгроув: "Вот те на.Нельзя так говорить о природе."
Беллгроув: "Ты тоже часть природы"
Ирма: "Не говори ерунды"
Беллгроув: "Если ты не природа, не часть ее, то что же ты, к чертям собачьим, такое?"
Ирма: "Я женщина. Говорю, я женщина!"
Беллгроув: "Да... Ирма."
Беллгроув смотрел туда, где отвалился кусок штукатурки,
оставив после себя серое пятнышко, похожее формой на сердце.
Дождь лил, не ослабевая, почти две недели,
превратив Горменгаст в исхудалые кулаки башен.
Затем дождь прекратился.
Взбаламученные воды успокоились, стали недвижными
Титус: "Мама, мама!"
Графиня: "Что такое?" Титус: "Я видел его"
Графиня: "Кого?" Титус: "Стирпайка"
Графиня: "Где ты его видел?"
Титус: "Я могу отвести вас туда"
Графиня: "За Черными Камнями?"
Титус: "Много дальше" Гертруда "Как давно?"
Титус: "Несколько часов... часов назад. Он заплыл в окно, у него лодка." Гертруда: "Он видел тебя?"
Титус: "Нет" Гертруда "Ты уверен?" Титус "Да."
Гертруда: "Мы поймаем его! Созвать Командиров Досмотрщиков, сию же минуту"
Гертруда: "Мы выступаем ровно через час."
Гертруда: "Ты молодец. "
Гертруда: "Горменгаст будет отмщен"
Гертруда: "Ты меня удивил."
Титус: "Я сделал это не ради Горменгаста." Гертруда "Нет?"
Титус: "Я ненавижу Стирпайка по другим причинам." Гертруда "Каковы же причины?"
Титус: "Он убил Флея. Он оскорбил мою сестру. Он чуть не убил и меня."
Титус: "Он убил бы и меня, и доктора Прюна, если б смог"
Титус : "Этого хватит? И черт с ним, с Горменгастом!"
Фуксия: "Я не Фуксия"
Она закрылась ото всех, все в ней словно замерзло
Фуксия: "Все думают, что я - это Фуксия"
Фуксия: "Но я - кто-то другой"
Фуксия: "Кто-то юный и прекрасный..."
Фуксия: "и отважный, точно лев. "
Она стояла у окна, засмотревшись на воду.
Фуксия: "Из тех, кто не только помышляет о том, чтобы навеки избыть душевную муку"
Фуксия: "но и знает, как его совершить, и обладает достаточной для этого силой."
Фуксия: "Что сделал бы такой человек? "
Фуксия: "Ну как же, он уже стоял бы на подоконнике,"
Фуксия: "над самой водой."
Тело Фуксии следовало по пятам за воображением.
Фуксия: "и она бы..."
<стук>
"Леди Фуксия!"
Фуксия, вздрогнув и, вознамерившись обернуться, поскользнулась
и схватила только воздух....
Титус: "Только не Фуксия! Не Фуксия!"
Титус: "Боже милостивый, нет!"
Пока Стирпайк спал в мягко покачивающемся челноке,
Чернильная вода заполнила комнату.
Оконный проем, единственный путь наружу, выглядел светлым квадратом.
Комната превратилась в пещеру.
Стирпайк ждал ночи, чтобы сбежать оттуда.
Кровь полыхнула за хрусталиками его глаз,
тонкие бесцветные губы разделились в рычании, словно на восковой маске вскрылся надрез.
"Идите же ко мне"
Комнатой выше.
Графиня: "Где плотник?"
"Я здесь, ваша светлость"
Графиня: "У вас есть пила?" Плотник "Да" Графиня "Тогда пилите пол"
Графиня: "Враг там, внизу"
По приказу герцогини флотилия лодок выстроилась серпом снаружи комнаты-западни.
Одна лодка поплыла вперед.
Греб в ней человек в черной кожаной шляпе с широкими полями,
держа нож в зубах.
Доброволец пытался по воде добраться до врага.
Он вплыл через окно.
Гертруда "Ты, поторопись же!"
"Стараюсь как могу, госпожа"
Графиня : "Что вы там видите?"
"Моя госпожа!" Графиня: "Кто там?"
"Эй, наверху! Графиня с вами?"
"Это доброволец! Это доброволец, госпожа! Он прямо под нами."
Графиня: "Что он говорит, любезный? Во имя любви к камню!Что он говорит?"
Голос Стирпайка: " Скажите ее светлости, что здесь никого! Комната затоплена."
"Выхода нет, только окно. Двери приперты водой. "
"Ничего, только вода, так и скажите. "
Графиня: "Жуткая птица упорхнула!"
Голос Стирпайка: "Он исчез, если и был здесь, в чем я сомневаюсь."
Титус: "Я видел его! Он был там!"
Графиня: "Доброволец!"
Она наклонилась. Сердце ее обмерло.
Графиня: "Доброволец!"
"Госпожа?"
Плечи, у него такие плечи...
Графиня: "Покажи-ка мне свое лицо"
Но в этот миг новый вал прорвался сквозь окно внизу
завертел лодку, пока та крутилась...
и она заметила, как что-то ярко мелькнуло.
Графиня: "Ало и бело..."
Нечто пегое... Графиня: "Это он!"
И другое лицо - пустое, мертвое, всплыло похожее на булку, и снова кануло в воду.
Графиня: "Доброволец мертв! Изменнник в этой комнате!"
Титус: "Позвольте мне убить его"
Графиня: "Мальчик. Не пускайте его. Все, в лодках! Оголите ножи! "
Графиня: "Изменника вынести уже мертвым!"
"Никогда!"
Стирпайк нырнул глубоко в черноту воды.
Он нащупывал стену, но коснулся не камня,
а спутанной, волокнистой, жесткой подводной попоны стенного плюща
Раздирая ветки, Стирпайк втаскивал себя вовнутрь плюща
Мир почернел, но все же он продирался сквозь
в полночный насыщенный влагой лабиринт бесконечных волосистых пальцев и рук
И так, пока не достиг... воздуха.
Графиня: "Зажечь на борту каждый факел, каждый фонарь, каждую лучину"
Графиня: "Ад кромешный, он же не русалка! Он должен чем-то дышать! Дышать должен!"
Стирпайк замер, его тело поддерживала сеть затонувшего плюща
Титус: "Позвольте мне убить его.Позвольте мне!"
Графиня: "Нет, клянусь кровью любви! "
Титус наполовину перевалился, наполовину перескочил через подоконник
потянулся и ухватился за плющ
Графиня: "Лодочники ,ближе сюда, быстро!"
Титус начал спускаться,
Прокладывая себе путь через спутанные, волосистые ветви
Титус: "Я убью его"
Титус: "За Фуксию, за Флэй, за няню!"
Под ним - Стирпайк. Ничего, ничего не осталось от разума.
Блестящий ум Стирпайка застлало багровое облако.
Стирпайк: "Я убью его. И, в сладком триумфе греха, убью себя."
Стирпайк: "Горменгаст меня не получит"
Пока руки с остервением прокладывали путь,
Падая сквозь ветки, Титус увидел внизу две горящие красные точки.
Титус: "Стирпайк"
Нож ударил.
Снова и снова.
Боль... кровь...
Мир закружился и почернел.
Титус открыл глаза и увидел предмет,
узкий и бледный, с открытым ртом
и маленькими тусклыми глазками. Закатившимися.
Стирпайк был мертв.
Титус: "Сделано".
Титус посмотрел вверх, на свою мать в рамке оконного проема.
Его глаза странно светились.
Затем он упал в обморок.
Он свалился вперед, словно в траншею мрака.
Мгновение за мгновением, час за часом,
день за днем, месяц за месяцем
Вода великого потопа спадала
Промытый воздух был сладок невероятно.
Странное умиротворение наплывало на владения Гроанов.
Весна. Под вечер, в конце весны.
Небо слабо алело
Титус стоял у подножья горы Горменгаст,
где была похоронена его сестра.
Титус: "Я уезжаю, Фуксия"
Его светлые глаза отливали каменной голубизной с намеком на тусклую, приглушенную лиловатость.
Титус: "Я должен уехать"
Титус: "Я должен быть свободным"
Титус: "Наступило время уйти"
Он бежал, подчнняясь закону, древнему, как закон его дома.
Закону плоти и крови. Закону желания.
Закону перемен. Закону молодости.
Титус: "Отыщите Распорядителя Конюшен"
Титус: "Скажите, чтоб оседлал кобылу"
Титус: "Он знает какую. Серую с белыми бабками"
Титус: "Пусть приведет ее к Кремнистой Башне"
Титус: "Я скоро там буду."
Он выпал из обыденной жизни.
Вдруг, завернув за угол, он встретил...
Доктор: "Титус, мой дорогой мальчик"
Ирма: "Мой господин"
Беллгроув: "Как вы, мой юный друг"
Титус: "Я не могу задерживаться. Извините."
Титус: "Профессор, миссис Беллгроув, дорогой доктор Прюн"
Титус: "Прощайте"
Беллгроув: "Очень странно"
Ирма: "Что он имел в виду, говоря "прощайте"?"
Ирма: "Я говорю, что он имел в виду?"
Доктор: "Что он имеет в виду, хотел бы я знать"
Доктор: "Что, в самом то деле..."
Графиня сидела за столом с горящей перед нею свечой
и без выражения смотрела в книжку с картинками.
Титус: "Мама"
Графиня: "Да? "
Титус: "Я ухожу"
Титус: "Прощай."
Графиня: " Уходишь - куда? "
Титус: "Я ухожу навсегда. Покидаю Горменгаст"
Титус: "Не могу тебе объяснить.Не хочу разговаривать"
Титус: "Я пришел, чтобы сказать тебе, вот и все. Прощай, мама."
Графиня: "Идти-то ведь некуда, ты только опишешь круг, Титус Гроан."
За спиною его замок взбирался в ночь.
Перед ним расстилался земной простор пустынной дичи.
С глазами, восторженно прикованными к размазанному горизонту,
поскакал Титус прочь от своего мира.
Графиня: "Дороги нет - нет даже тропы, кроме тех, что возвратят тебя к дому."
"Потому что все дороги ведут в Горменгаст".
<КОНЕЦ>
<титры>